MARKET & EDUCATION

23 июля 2017
Воскресенье
Московское время: 07:41
Рынки:
USD 58.93
EUR 68.66

Как вылечить российскую медицину?

Медицина – это та отрасль научной и практической деятельности, с которой человек сталкивается с первых минут появления на свет и которая сопровождает его всю дальнейшую жизнь. И от уровня организации и развития этой отрасли во многом зависит как продолжительность человеческой жизни в целом, так и ее качество. Именно по этой причине состояние российской медицины и ее проблемы так волнуют все общество, а дискуссии по поводу ее реорганизации привлекают к себе столь пристальное внимание.

О проблемах российской медицины, которая не менее ее пациентов сама нуждается в излечении, мы и беседуем с человеком, не требующим особого представления. Перечисление всех регалий моего собеседника заняло бы немало места на страницах этой газеты. Поэтому ограничимся только главными из них.

На вопросы газеты «Торговый Клуб» отвечает Директор НИИ Неотложной Детской Хирургии и Травматологии, доктор медицинских наук, профессор, Президент Национальной Медицинской Палаты Леонид Михайлович Рошаль.

 

ТК: Уважаемый Леонид Михайлович! О нынешнем состоянии российской медицины и о претензиях к ней со стороны населения можно говорить много, но любая критика должна быть конструктивной. Вы, на примере всей своей жизни, доказали, что даже один отдельно взятый врач, если он человек чести, преданный делу, которому служит, может сделать очень много. У Вас есть не только большой жизненный и профессиональный опыт, но и моральное право давать советы тем, кто отвечает за здоровье нации, кто может своими действиями изменить сложившуюся ситуацию в лучшую сторону.

В связи с этим у меня вопрос: какие шаги Вы считаете первоочередными для того, чтобы безнадежно больная, по мнению населения, российская медицина начала, наконец, выздоравливать?

Л.Р.: Я подтверждаю, что российская медицина сегодня больна, но вместе с тем, считаю нынешнее состояние медицины значительно лучшим, чем в 90-е годы, когда она вообще рухнула. Тогда не было финансирования, и не выплачивались зарплаты. Это были страшные годы, которые мы пережили.

Сегодня зарплаты медикам платят разные, часто небольшие. Центры оснащаются. Оборудование закупается. Но для того, чтобы российское здравоохранение выздоровело, необходимо в два раза увеличить его финансирование. Необходимо за пять лет довести долю расходов на здравоохранение до 6% от ВВП (внутреннего валового продукта). Для сравнения: в Германии – эта цифра составляет 8-9%, во Франции - тоже около этого, в США - 15%. Там ментальность по отношению к здоровью народа значительно выше.

И нужны четкие государственные программы: по переоснащению медицины, по кадровым вопросам - ликвидации кадрового голода, и, наконец, создание новой формы: государственно-общественного здравоохранения, в рамках которого часть функций государство передаст профессиональным медицинским ассоциациям.

ТК: Одним из важнейших условий успешного лечения больного является своевременная и правильная диагностика. Главврач одной из московских больниц на мое замечание по поводу того, что близкому мне человеку на протяжении многих лет ставили неправильный диагноз, потупив глаза в стол, сказал, вздохнув: «Мы имеем то, что имеем», подразумевая при этом уровень подготовки специалистов данного профиля ведущих прием в районных поликлиниках. А ведь именно туда, как в первую инстанцию, обращаются заболевшие люди!

Могут ли на Ваш взгляд помочь коренным образом улучшить ситуацию в медицине только финансовые вливания или требуется что-то существенным образом изменить в системе подготовки врачей разного профиля? И, если ДА, то, что именно?

Л.Р.: Какие бы формы деятельности мы не придумывали, без финансовых вливаний у нас ничего не получится.

Но кроме этих вливаний и программы по модернизации матери-ально-технической базы здравоохранения, необходимо пересмотреть вопросы ведения саморегулирования профессиональной деятельности в здравоохранении, а именно: внедрить новую систему непрерывного последипломного персонифицированного образования, бесплатного для медиков, систему балльной оценки приобретенных навыков и знаний, и предусмотреть создание Единой Национальной Медицинской Ассоциации или Палаты.

В ряде стран государство платит врачам несколько раз в год определенные суммы, чтобы они могли поехать на учебу или стажировку с целью повышения своей квалификации. Разумеется, все это идет под контролем: врачи набирают баллы, пишут отчеты.

Я не являюсь поклонником американской системы здравоохранения, но в американском здравоохранении доктор – настоящий доктор. Там выстроена такая мощная система подготовки врачей, что уровень их квалификации – высочайший. И там не Министерство здравоохранения, а Национальная медицинская ассоциация следит за этим. Вообще нигде в мире этими вопросами министерства не занимаются, а занимаются профессиональные медицинские организации, которым государство не побоялось делегировать функции аттестации, сертификации, создания протоколов, лечения, стандартов, контроля. Профессионалы от медицины способны решать эти вопросы более качественно, чем исполнительная власть или кто бы то ни было еще. Поэтому там 80% процентов населения, а не 30%, как у нас, довольно врачами.

ТК: В последние годы рыночная экономика в сочетании с низким уровнем оплаты труда врачей, превратила многих из них в бизнесменов от медицины. И примеров тому великое множество: начиная от бланков рецептов фармацевтических фирм на столах врачей в районных поликлиниках, которые разносят многочисленные гонцы этих фирм, и, кончая беседой ассистента хирурга о гонораре за проведенную операцию с едва очнувшимся в палате от наркоза послеоперационным больным, чему стали свидетелями лежавшие там пациенты. Говорить с такими людьми о клятве Гиппократа и прочих высоких материях бесполезно.

Как Вы считаете: не настало ли время ввести в программу медицинских институтов предмет, посвященный морально-этическим нормам поведения врача? Ведь соблюдение врачами такого морального кодекса, несомненно, улучшит их имидж и, соответственно, уровень доверия к ним со стороны пациентов.

Л.Р.: Я бы не возражал против введения такой дисциплины, как этика врача, но имеется много факторов, которые выходят за рамки этой дисциплины. Допустим: мы создадим кафедры, где будут читать лекции и проводить практические занятия по этике. И что же? Студент может успешно сдать этот предмет и при этом в реальной жизни не понимать что такое врачебная этика.

Этика – это сложный процесс, который рождается в обществе. Она рождается в Ассоциациях или Палатах, которые мы должны создать. Медицинская палата отвечает за этику поведения каждого врача как в его взаимоотношениях с коллегами, так и с пациентами, это этические нормы, которые постулируются как основные при работе в стационарах и поликлиниках, при любых контактах медика с больным. Это огромный пласт работы, который выходит за рамки преподавания в институтах.

Что же касается бланков рецептов фармацевтических фирм на столах врачей, то такая практика сейчас категорически запрещена, и те, кто продолжает их использовать, понесут наказание.

ТК: Средняя продолжительность жизни населения в нашей стране значительно отстает от аналогичных показателей в других развитых странах. А ведь здоровье взрослых людей во многом зависит от того, чем они болели и как их лечили в детском возрасте. Поэтому так важна подготовка высокопрофессиональных кадров для педиатрии. Но сейчас обсуждается и возможность появления института «семейных врачей», тех, кто будет наблюдать ребенка с раннего возраста до взросления, будет хорошо знаком со спецификой разного рода наследственных заболеваний характерных для той или иной семьи, и лечить всех ее членов. 

А как Вы относитесь к идее создания института «семейных врачей»? Есть ли на Ваш взгляд перспективы у этой идеи?

Л.Р.: Семейный врач – это, как правило, частнопрактикующий врач.

Поэтому «семейная медицина» - это медицина для богатых. Не более 15% - 20% населения смогут оплачивать услуги таких врачей. Остальным это не по карману.

Врачи общей практики, к которым следует отнести и семейных врачей, в городах, а особенно в больших городах, в поликлиниках не прижились. Такие врачи, в основном, работают в сельской местности и в отдаленных районах, где это диктуется отсутствием близлежащих поликлиник.

ТК: Означает ли Ваш ответ, что Вы являетесь противником «частной медицины»? Ведь в частных клиниках оборудование зачастую лучше, а уровень сервиса выше, чем в государственных.

Л.Р.: Я убежден в том, что народ должен получать бесплатную медицинскую помощь в соответствии с Конституцией Российской Федерации. Статья 41 Конституции гласит, что каждый гражданин РФ имеет право на бесплатное медицинское обслуживание в государственных и муниципальных учреждениях. К сожалению, у нас эти гарантии не покрываются финансами, а идут с минусом примерно 20%. Поэтому нельзя гарантировать то, что на 100% не насыщается финансово.

В свою очередь, развитие частной медицины остановить невозможно, да и не нужно. Более того, рынок частных медицинских услуг еще не полностью заполнен, и он будет саморегулироваться. Но что делать тем, кто не может оплатить полностью услуги частной клиники? Будучи в Общественной палате мы внесли предложение: «деньги должны идти за больным».

Предположим, какая-то необходимая больному операция в частной клинике стоит 100 тысяч рублей, а в государственной – 20 тысяч рублей. В этом случае государство обязано отдать ему его 20 тысяч рублей, а при наличии желания и финансовых возможностей он может обратиться в частную клинику и доплатить там 80 тысяч рублей.

Такой принцип позволит в значительной степени увеличить долю тех, кто сможет воспользоваться услугами частной медицины.

Мало того, мы сейчас ставим вопрос о возможности софинансирования в государственных медицинских учреждениях.

Существуют определенные стандарты. Например, известно, что искусственный тазобедренный сустав стоит какую-то конкретную сумму.

Но если больной хочет, чтобы в ходе операции ему имплантировали аналогичный сустав, но более дорогостоящий, он имеет право оплатить только разницу в цене, и операция будет проходить в государственной клинике. Это было бы шагом вперед и позволило расширить спектр медицинских услуг государственных медицинских учреждений.

ТК: Леонид Михайлович, многие пациенты после операций или лечения ряда заболеваний, в частности, в травматологии и неврологии, нуждаются в дополнительных курсах реабилитации. А реабилитационные центры в нашей стране практически полностью отсутствуют.

Каковы, по Вашему мнению, перспективы появления таких центров в ближайшем будущем?

Л.Р.: Сейчас много говорят о необходимости реабилитации и оздоровления. Начинают открывать различные реабилитационные центры.

ТК: Частные или государственные?

Л.Р.: У нас государственный институт, через который за год проходит 40 тысяч детей. Всех детей мы лечим бесплатно. У нас при институте сейчас открыт прекрасный реабилитационный центр, где проходят курс реабилитации дети с черепно-мозговыми травмами, различными иными травмами и патологиями. И все это бесплатно. Вообще нужно выстраивать по стране в целом систему реабилитации и оздоровления.

ТК: Будем надеяться, что таких реабилитационных центров, как Ваш, появиться много.

Но, поскольку речь зашла о Вашей клинике, не могли бы Вы сказать несколько слов о внедренной в ней информационной системе, которая помогает врачам делать их работу на более качественно-высоком уровне и, тем самым, также содействует оздоровлению отечественной медицины.

Л.Р.: Мы шесть лет готовили эту систему. Сейчас в нашей клинике вся информация: результаты анализов, УЗИ, компьютерной томографии, рентгена и данные других обследований больного передаются по сетям докторам, и это позволяет им более оперативно и качественно проводить лечение. У нас каждый доктор имеет компьютер, с которого он может выходить в интернет и работать с этой информацией. Очень хорошо оснащено реанимационное отделение, что оказывает нам существенную помощь в работе. У нас идет аналитическая работа по нашему лечебному процессу.

Я думаю, что тем медицинским учреждениям, у которых это направление недостаточно развито, не стоит идти своим собственным длинным путем, повторяя наш путь, а стоит выбрать в Москве два-три учреждения наиболее близких им по профилю, и взять на вооружение их программу.

ТК: И, наконец, традиционный вопрос: Ваши ближайшие планы?

Л.Р.: У меня есть институт, где я хочу что-то сделать. Я из Общественной палаты ушел, потому что хотел создать Национальную медицинскую палату. Это цель моей жизни. Мне 78 лет, я хочу успеть сделать что-то конкретно.

ТК: Большое Вам спасибо за эту беседу. И пусть осуществятся Ваши планы на благо всем нам.

 

От редакции. В свое время известный журналист, заведующий отделом социально-бытовых проблем «Литературной газеты», Анатолий Рубинов ввел в газете рубрику: «Если бы директором был я» и получил тысячи писем с предложениями читателей, зачастую очень конструктивными, по различным направлениям совершенствования торговли, бытового обслуживания и многим другим. 

В настоящий момент, когда идет обсуждение и предстоит в скором времени принятие «Закона об охране здоровья», который коснется всех и каждого, мы предлагаем читателям газеты поучаствовать в рубрике: «Если бы министром здравоохранения был я» и присылать нам на адрес электронной почты свои предложения. Мы, со своей стороны, обязуемся передать их в соответствующую инстанцию, а наиболее интересные опубликуем на сайте газеты.

 

Ждем Ваших писем на адрес:

newstrade@mail.ru


№3-4, 2011

Актуальная тема

Автор: Людмила Бакштаева